В Беларусь без визы

Интервью Министра иностранных дел Беларуси В.Макея телеканалу «Настоящее время», США (7 декабря 2017 г., г.Вена)

НВ: Господин Министр, первый вопрос: в чем интересы России и Беларуси совпадают, а в чем различаются? Вот, например, недавно два государства провели совместные большие военные учения, но, тем не менее, белорусский Президент Александр Лукашенко уже неоднократно встречался со своим украинским коллегой Петром Порошенко, а вот Владимир Путин нет. Вот в этом контексте – в чем разница, а в чем близость? 

В.Макей: Вопрос достаточно прямой и откровенный, но я бы не стал подавать его в таком стиле – «что общего, что отличает». 

Вы знаете, Беларусь – небольшое государство. И мы исходим из того, что для того, чтобы выжить, особенно в современном мире, надо поменьше думать о каких-то разъединительных направлениях, разъединительных эмоциях, мыслить меньше разъединительными категориями – я бы так сказал. Думать не о том, что нас разделяет, а о том, что нас объединяет. 

Действительно, у нас с Россией много общего. Много общего в том плане, что в свое время, еще в конце прошлого века мы пошли на создание так называемого Союзного государства. В рамках Союзного государства заключен ряд соглашений в торгово-экономической, политической, гуманитарной и военно-политической сфере. Эти соглашения очень много дали для развития двух государств и, естественно, Беларуси. Можно один факт привести: главное достижение, с моей точки зрения, состоит в том, что наши граждане пользуются абсолютно одинаковыми правами. Граждане Беларуси и России не чувствуют себя чужими ни в одной, ни в другой стране: могут приобретать недвижимость, могут спокойно обучаться, могут пользоваться здравоохранением и так далее. 

Общего много. Но это не означает, что мы во всем согласны или, как принято говорить, мы «говорим голосом Москвы» или «ретранслируем, что сказано в Москве». Отнюдь нет. Мы четко заявляем, что мы не являемся рупором ни Вашингтона, ни Брюсселя, ни Москвы. Мы – голос Минска, мы стараемся проводить независимую внешнюю и внутреннюю политику, исходя из наших национальных интересов. Конечно, время от времени случаются определенные споры в торгово-экономической сфере. Это касается не только России, Украины – такое происходит и в отношениях с другими государствами. 

Но еще раз повторюсь: в целом мы исходим из того, что нам нужно думать об обеспечении безопасности и стабильности развития нашего региона, региона, в котором мы живем. И мы нацелены именно на такую линию поведения. Мы об этом говорим везде, на всех международных площадках и на всех международных встречах. Надо уходить от конфронтационного мышления и постараться создать такие основы, которые позволили бы нам начать диалог, диалог, который привел бы к более стабильной ситуации в нашем регионе. Вы понимаете, о чем я говорю.

НВ: Говоря о стабилизации в регионе: вот сейчас возник большой спор между Соединенными Штатами и Россией по поводу введения миротворцев на украинский Донбасс. То есть в Вашингтоне видят это своеобразно, в Кремле видят тоже по-своему. Сегодня знаем, что встречается Рекс Тиллерсон с Сергеем Лавровым. В Беларуси какое видение по поводу миротворцев в Украине? 

В.Макей: Мы приветствовали бы любые шаги, в том числе и в сфере миротворчества, которые были бы нацелены на скорейшее прекращение конфликта в регионе. Мы не хотим, чтобы этот конфликт – конфликт на востоке Украины – стал «замороженным» конфликтом по примеру Приднестровья, Нагорного Карабаха и некоторых других. Это абсолютно не в наших интересах, не в интересах Беларуси, потому что Украина для нас является огромнейшей важности торгово-экономическим партнером. В лучшие годы наш товарооборот достигал с ней восьми миллиардов долларов. Сегодня, конечно же, этот уровень намного ниже. 

Поэтому мы приветствуем любые шаги, которые были бы направлены на снижение напряженности в этом регионе. Идею миротворчества мы абсолютно поддерживаем, если она будет приемлема для всех вовлеченных в эту ситуацию сторон. Более того, о введении миротворцев в Украину в свое время говорил Президент Лукашенко – еще в октябре 2014 года, читайте интервью «Евроньюс». Только лишь потом, в марте или феврале следующего года господин Порошенко, Президент Украины, высказал эту идею, что целесообразно было бы ввести миротворцев. 

Понятно, что сейчас идут споры, в каком формате это должно происходить, кто должен участвовать, на какой основе это должно происходить. И одна сторона занимает такую позицию, как Вы сказали, четкие споры идут, другая сторона – такую позицию. Но нам кажется, что это все-таки маленький, но шанс для того, чтобы придать какой-то импульс, пусть небольшой, усилиям по снижению напряженности в этом регионе. Его надо использовать, и надо попытаться найти компромиссное, может быть, даже какое-то решение. 

Мы однозначно готовы подключиться, если это будет приемлемо для других сторон, более того, я думаю, мы тоже будем вносить свои предложения для того, чтобы эта идея была реализована, понятно, исходя из приемлемости ее для всех сторон.

НВ: Поделитесь секретом, как в Минске это видят? По линии разграничения заходят миротворческие войска или по российской границе?

В.Макей: Опять-таки, некоторое время назад Президент Беларуси встречался с представителями и Украины, и с представителями России, которые занимались переговорным процессом по этому конфликту. Это был и господин Кучма, в свое время, и господин Демченко, который сегодня является советником Президента Украины, с российской стороны был господин Сурков. Президент Беларуси тогда сказал, что мы готовы обеспечить контроль на украинско-российской границе своими силами, нашими возможностями, возможностями наших вооруженных сил. 

Понятно, что это была, скажем, гипотетическая возможность, но мы были готовы тогда сделать этот шаг, потому что понимали, что надо что-то сделать. Но, к сожалению, на тот момент – это было пару лет назад – это не было приемлемо ни для одной стороны, ни для другой. В силу разных причин. 

Но если говорить сейчас, я не хотел бы обижать никого, потому что у нас хорошие отношения с нашими украинскими друзьями и хорошие отношения с российскими партнерами. Нам кажется, что надо найти такое решение вопроса сейчас, компромиссное, может быть, решение, которое позволило бы, как минимум, успокоить ситуацию и на этой основе двигаться дальше. Но понятно, что если есть территория страны, то она должна контролироваться, контроль за границами должен быть, конечно, обеспечен.

НВ: Говоря об объединении и поддержке в контексте белорусско-российских отношений, недавно МОК (Международный олимпийский комитет) принял достаточно громкое решение об исключении российской сборной, в Корее она не будет участвовать в Олимпиаде. Какая будет позиция Беларуси? Будет ли поддержка какая-то, может, политическая, может быть, команда какая-то спортивная выразит поддержку? Будет ли вообще какая-то реакция со стороны Минска?

В.Макей: Наша позиция в этом плане однозначна. Вы знаете, спорт нельзя смешивать с политикой. Если есть какие-то нарушения в сфере антидопингового контроля, значит тогда нужно наказывать соответствующих конкретных спортсменов и, может быть, конкретных чиновников, которые виновны. Но исключать страну из этого процесса, процесса олимпийского движения… Еще с древних времен, времен Древней Греции во время Олимпийских игр прекращались всякие войны, политика не имела к играм никакого отношения.

Сегодня, к сожалению, политические аспекты доминируют и оказывают влияние, в том числе и на олимпийское движение. Мы считаем, что ни в коей мере нельзя допускать политизации олимпийского движения. Спортсмены, а для некоторых, может быть, это последний шанс поучаствовать в Олимпиаде, получить медаль, к чему они шли многие годы, а то и десятки лет. И Вы представляете, какая будет трагедия для данного конкретного человека, который не принимал никакого допинга и абсолютно чист в этом плане.

Поэтому мы считаем, что надо обеспечить возможность всем странам участвовать в Олимпийских играх, конечно же, принимая конкретные меры по отношению к тем спортсменам и, может быть, чиновникам, которые нарушили те или иные законы олимпийского движения. 

Но посмотрим, как дальше будет развиваться ситуация.

НВ: Недавно Вы были на саммите Восточного партнерства в Брюсселе. Александр Лукашенко сначала собирался туда ехать, потом свой визит отменил, Вы все-таки поехали. Свидетельствует ли это о том, что Беларусь пока не готова к таким близким отношениям с Евросоюзом, к которым уже готов Евросоюз с Беларусью? Или это все-таки было под давлением Москвы?

В.Макей: Нет. Насчет давления Москвы могу сказать однозначно: такого давления не было. Я не знаю настроения наших российских партнеров относительно возможности/невозможности участия Президента Беларуси в саммите Восточного партнерства. 

Я хотел бы сказать, что я в свое время жил в Одессе, а в Одессе говорят: «по Дерибасовской гуляют постепенно». У нас сейчас только-только начался процесс восстановления, нормализации отношений с Европейским союзом. Долгое время мы переживали санкционный период, были под санкциями и, конечно же, это оказало влияние на атмосферу и в белорусском обществе, и на отношение к Беларуси в европейских столицах, в европейском обществе. Процесс сейчас развивается поступательно, и позитивная атмосфера в наших отношениях с Евросоюзом расширяется, и это очень важно. Мы договорились, что мы должны поддерживать диалог, постоянный диалог, для того, чтобы сделать этот процесс необратимым. 

Знаете, встречи на высшем уровне или участие высшего руководства той или иной страны в тех или иных мероприятиях в других странах или в рамках международных организаций – это как бы своего рода венец какому-то этапу в развитии отношений. Этот факт должен быть осязаемым, чувствительным и приносящим результат. Мы считаем, что сейчас есть поступательное движение, и рано или поздно состоится и участие на высшем уровне в подобного рода мероприятиях. У нас очень много планов по развитию отношений с Европейским союзом. Мы сейчас работаем над двумя соглашениями – об облегчении визового режима и о реадмиссии. Поэтому я думаю, что в ближайшее время факт участия Президента Беларуси в тех или иных мероприятиях по линии Европейского союза будет рассматриваться как обыденная история.

НВ: Кстати говоря, о визах. Готова ли Беларусь на сближение, на открытие границ? Готова ли Беларусь создать безвизовый режим для западных стран, в частности, для стран Евросоюза, и насколько, по Вашему мнению, готов Европейский союз на ответные шаги?

В.Макей: Как я сказал, мы ведем сейчас переговоры с Европейским союзом по двум соглашениям – кстати, Украина, Грузия и Молдова уже заключили их некоторое время назад – по соглашению об облегчении визового режима и параллельно по соглашению о реадмиссии. Есть некоторые технические моменты и пару политических моментов, которые мы можем назвать проблемными, и мы над ними сейчас работаем. 

Но Беларусь кровно заинтересована в том, чтобы сделать визовый режим в нашей стране максимально привлекательным для иностранных граждан. Именно поэтому некоторое время назад, а именно в феврале этого года, Президент Беларуси издал соответствующий декрет, который позволяет гражданам 80 стран, в том числе гражданам всех стран Европейского союза, посещать Беларусь без визы в течение пяти дней. После этого они должны проходить регистрацию в органах внутренних дел, но мы сейчас и над этим работаем. Мы сейчас работаем над следующей перспективой – над возможным расширением этого срока безвизового въезда в Беларусь до 10 дней, а в перспективе, может быть, и до бóльшего срока. 

Почему? Потому что это в наших интересах. Мы – транзитная страна, наша экономика экспортоориентированная. Мы зависим от того, сколько продадим на внешних рынках. Мы заинтересованы в том, чтобы к нам приезжали туристы, чтобы к нам приезжали бизнесмены, чтобы они могли знакомиться с бизнес-климатом в стране и проводить соответствующие переговоры. При этом у них не должна болеть голова о том, что нужно ехать в Берлин или другую столицу за получением визы.

Мы готовы к этому. Наши европейские партнеры, как нам кажется, тоже готовы к тому, чтобы продвигаться по тем соглашениям, о которых я говорил. Я думаю, что в ближайшем будущем мы придем к заключению взаимовыгодных соглашений. 

НВ: О 90-дневном безвизовом пребывании пока речь не идет?

В.Макей: Нет, я бы не сказал, что 90 дней не может быть в перспективе. Это не исключено. У нас с рядом стран заключены соглашения о безвизовом въезде и на 30 дней, как с Израилем или с Объединенными Арабскими Эмиратами, с Катаром и рядом других стран. 

Что касается Евросоюза. Вы знаете, белорусы – очень спокойные, толерантные люди, которые не привыкли делать резких революционных шагов. Более того, мы очень внимательно наблюдаем за тем, что происходит в России, Украине, других соседних государствах. Именно поэтому – может быть, кто-то оценивает, что это плохо – мы очень аккуратно смотрим на программу приватизации государственных предприятий. Мы не хотим, чтобы за один день в Беларуси пять человек стали олигархами, а весь остальной народ скатился до нищенского уровня. Поэтому мы наблюдаем за тем, что происходит в соседних странах, и стараемся аккуратно поступательно двигаться вперед. 

Кстати, возможно, Вы не знаете, но в последнее время, буквально в течение последних двух недель, были приняты серьезные, радикальные решения в сфере улучшения законодательства для малого и среднего бизнеса. Это очень важно. Бизнес практически избавили от проверок и ненужных регламентаций со стороны пожарных, ветеринарных, санитарных служб и так далее.

Сейчас мы работаем над следующим набором документов, связанных с предоставлением максимально благоприятного климата для тех, кто занимается IT-технологиями, в сфере IT-бизнеса. Убежден, что это будут достаточно серьезные, радикальные шаги. За ними последуют другие. Мы нацелены на то, чтобы в течение последующих лет (конечно, это не два-три года займет, наверное, больше), но мы нацелены на то, чтобы Беларусь вошла в тридцатку стран с наиболее активным развитием бизнеса. 

НВ: Скажите, говоря о взаимовыгодных отношениях с западными странами, как Вы видите, на чем они должны основываться? Что должно стать той благодатной почвой? И в чем взаимная выгода должна быть?

В.Макей: У нас много общего. Мы привыкли говорить «Восток» и «Запад», привыкли мыслить еще категориями советского мышления. Но мы считаем, что Беларусь находится в Европе. И Беларусь принадлежит к Европе. И географически, и политически мы близки, и с точки зрения торгово-экономической для нас Европа, Европейский союз является исключительно важным партнером – вторым по значимости после Евразийского экономического союза, после России. 

И в лучшие годы, когда у нас были нормальные отношения, когда санкции не влияли на торгово-экономические отношения, в лучшие годы у нас приблизительно одинаковый был товарооборот и с Россией, и с Европейским союзом. Сегодня немножко наблюдается диспропорция, но ситуация постепенно начинает выравниваться.

Мы считаем, что очень важной является именно торгово-экономическая основа. Почему? Потому что нормальные торгово-экономические отношения с Европейским союзом, с Россией и Евразийским экономическим союзом, со странами дальней дуги позволят нам укреплять нашу экономику. Это, в свою очередь, ведет к укреплению нашей политической независимости, суверенитета. 

Это выгодно странам Запада, как Вы сказали? Однозначно выгодно. Я думаю, что им нужна независимая и суверенная Беларусь, а не какое-то вассальное или лимитрофное государство на периферии каких-либо империй или геополитических игроков. 

У нас 1200 км общей границы с Европейским союзом. У нас открыта граница с Россией, но с Европейским союзом мы обеспечиваем четкое закрытие границы. 

1200 км – это, представьте, ежедневное задержание нарушителей, это борьба с нелегальной миграцией, это борьба с контрабандой наркотиков, с контрабандой оружия и так далее. Мы вносим свой серьезный вклад. Да, бывают, возможно, какие-то единичные случаи, но это – единичные случаи. В целом граница, как у нас в советское время привыкли говорить, на жестком замке. И наши пограничные органы, кстати, очень тесно координируют свою деятельность с коллегами из Латвии, Литвы и Польши. Это – тоже основа для дальнейшего взаимодействия. И мы не хотим создавать дополнительных каких-то проблем в этом плане для стран Запада. Наоборот, мы хотим, чтобы наша жизнедеятельность, жизнедеятельность Беларуси в этом регионе способствовала бóльшему обеспечению стабильности. 

Беларусь – транзитная держава. С Запада на Восток и с Востока на Запад ежегодно проходят порядка ста миллионов тонн различных грузов по различным путям. Это тоже выгодно для стран Запада. И сейчас, особенно в контексте китайской инициативы «Экономического пояса Шелкового пути» мы очень плотно работаем с нашими западными партнерами, с европейскими партнерами в разных форматах, пытаясь внести свой вклад в развитие этой логистической транзитной инфраструктуры. Понятно, что это для нас тоже выгодно. 

Европа для нас является источником передовых технологий. Мы заинтересованы в технологиях и инвестициях из этих стран. Это тоже основа для дальнейшего взаимодействия.

Мы прекрасно понимаем, что Европа, Европейский союз живет по определенным правилам, и, если мы хотим иметь нормальные отношения с этой структурой или с этой страной, то мы должны также учитывать и те правила, по которым живут наши партнеры.

Мы понимаем, что мы должны где-то усовершенствовать и какие-то моменты у себя, у нас в стране. Нам обозначают некоторые чувствительные моменты в наших отношениях, связанные с гуманитарной сферой, правами человека и прочим.

Но сегодня ситуация уже совершенно другая. Еще раз хотел бы отметить, что сегодня есть абсолютно четкое и полное понимание у наших партнеров на Западе: как нам двигаться дальше, что нам нужно усовершенствовать, в каких сферах. Я убежден, что это понимание того, что у нас есть больше общего, позволит нам достичь успеха и сделать процесс нормализации отношений между Беларусью и странами Запада необратимым.

НВ: Спасибо Вам огромное.