В Беларусь без визы

Стенограмма пресс-конференции Министра иностранных дел Беларуси В.Макея по итогам саммита инициативы ЕС «Восточное партнерство» (24 ноября 2017 г., г.Брюссель)

Добрый день, уважаемые дамы и господа. Добро пожаловать на брифинг белорусской делегации по итогам пятого саммита Восточного партнерства, состоявшегося сегодня в Брюсселе. Слово для выступления предоставляется Главе делегации, Министру иностранных дел Республики Беларусь Макею Владимиру Владимировичу.

В.Макей: Не думал, что буду говорить какое-то вступительное слово. Но я скажу пару слов, лучше постараюсь ответить на те вопросы, которые вы захотите задать.

Саммит действительно состоялся, и я считаю, что это был один из самых успешных саммитов. Почему? Потому что впервые за последние годы была принята без особых споров заключительная декларация саммита. Декларация, как мы в свое время и предлагали нашим партнерам, соответствует нашим ожиданиям. Она устремлена в будущее в том плане, что она не содержит конфронтационной риторики, не направлена против третьих государств, которые тоже пристально смотрят за развитием инициативы «Восточное партнерство». И, в целом, еще раз хотел бы сказать, она отвечает нашим ожиданиям.

Поэтому саммит прошел, с нашей точки зрения, в целом на позитивной ноте. Мы сделали соответствующее выступление, в котором обозначили наше видение перспектив развития ситуации в регионе, перспектив строительства миропорядка. Рассказали об инициативах, которые были выдвинуты в свое время Главой белорусского государства, и о том, почему необходимо акцентировать внимание на этих инициативах и развивать их.

Состоялся ряд двусторонних встреч с руководителями делегаций стран Европейского союза и стран-партнеров, а также с министрами иностранных дел, в ходе которых были обсуждены темы развития двусторонних отношений, а также взаимодействия с нашим общим важным партнером – Европейским союзом. Вот кратко моя оценка саммита, а сейчас я готов ответить на Ваши вопросы.

Вопрос: Из Вашего вступительного слова понятно, что белорусская сторона в целом удовлетворена итогами саммита. Но все-таки в итоговой декларации много пунктов. Какие наиболее важные положения именно для белорусской стороны Вы могли бы выделить?

В.Макей: Еще раз я бы хотел отметить: с нашей точки зрения важно, чтобы заключительные документы подобных мероприятий, включая саммит Восточного партнерства, были устремлены в будущее, были нацелены на то, чтобы не нагнетать напряженность, а, наоборот, способствовать бóльшей стабильности и безопасности в нашем регионе. Поэтому, с этой точки зрения, декларация содержит четкий посыл относительно того, что инициатива «Восточное партнерство» и взаимодействие стран-партнеров со странами-участницами ЕС не нацелены против третьих государств.

Мы постарались продвинуть в декларации – и это нашло свое отражение в ней – наши предложения о более заземленном, прагматичном характере этого документа. Что имеется в виду? Имеется в виду то, что  сотрудничество между странами Восточного партнерства и странами ЕС должно быть нацелено на достижение конкретных результатов, должно быть прагматичным. Мы в свое время внесли ряд предложений по реализации ряда региональных проектов, которые способствовали более тесному сотрудничеству между странами Восточного партнерства и государствами ЕС.

Очень важно, чтобы это почувствовали простые люди, потому что для многих рядовых граждан слова «Восточное партнерство» сегодня являются, к сожалению, пустым звуком. Они не знают, что это такое. Где-то на Востоке какое-то партнерство. Если они увидят, что в каком-то регионе будь то, условно говоря, на границе в Брестской области или в Гродненской области реализован какой-то проект по развитию приграничной инфраструктуры, по созданию, к примеру, новых погранпереходов, по развитию транзитных коридоров. А после этого появятся новые рабочие места, и, может быть, производства. Вот тогда они скажут, что, да, действительно, мы видим, что инициатива «Восточное партнерство» выгодна для страны, и мы поддерживаем участие в ней. Об этом мы тоже говорили и в своем выступлении, и в беседах с коллегами.

Кстати, сегодня вместе с Высоким представителем по внешней политике ЕС госпожой Могерини подписано – все соответствующие страны подписали, кого это касается, – соглашение о расширении трансъевропейской транспортной сети между ЕС и странами Восточного партнерства. Для нас это – прямая выгода, потому что это связано с перспективой финансирования в будущем модернизации транзитных и транспортных коридоров, потоков, которые проходят через Беларусь. Поэтому для нас, в целом, эти темы, о которых я говорил, очень важны.

Мы обозначили в своем выступлении также тему необходимости развития более тесного взаимодействия между европейскими и евразийскими интеграционными процессами. Это – инициатива нашего Главы государства и, должен сказать, она нашла отклик у многих присутствующих здесь. Почему? Потому что нам нужно уходить от конфронтационной риторики, которая сегодня, к сожалению, существует, присутствует в нашем регионе. Надо выстраивать долгосрочные отношения, которые были бы устремлены в будущее и были бы построены на более тесном сотрудничестве и взаимодействии.

Отсюда следует и наше предложение, также выдвинутое в свое время Главой государства на сессии Парламентской ассамблеи ОБСЕ, о необходимости развития более тесного политического диалога, направленного на расширение, укрепление мер доверия в регионе, – так называемый процесс Хельсинки-2. Да, мы понимаем, что сегодня в силу столкновения интересов между Востоком и Западом многие с настороженностью относятся к этому предложению. Но иного пути, кроме как развитие этого диалога, который будет нацелен на восстановление хотя бы того уровня доверия, который существовал некоторое время назад между странами социалистического блока и западного блока, я думаю, не существует. Сегодня изменился контекст, изменились обстоятельства, и нам надо сделать все для того, чтобы все поняли наконец-то необходимость начала этого диалога, который будет способствовать спокойствию и миру в нашем регионе. Вот основные темы, которые мы затронули в ходе сегодняшнего мероприятия.

Вопрос: Какие ближайшие задачи ставит перед собой Беларусь в отношениях с ЕС и в рамках Восточного партнерства в частности?

В.Макей: Мы не ставим задачу – и никто от нас не требует, скажем так, – мы не стремимся «бежать стремглав» в Европейский союз. Мы сегодня являемся членами Евразийского экономического союза, считаем, что нам нужно развивать этот Евразийский экономический союз. Мы уже сегодня чувствуем отдачу от нашего участия, надеемся, что эта тенденция сохранится.

Но надо понимать, что в сегодняшних условиях для нас очень важна тема диверсификации, о которой много раз говорил и Президент Беларуси. Эта задача состоит в том, чтобы мы ушли от зависимости от какого-то одного источника, какого-то одного направления. Чтобы мы в периоды кризисных ситуаций, в периоды мировых финансово-экономических кризисов могли иметь какие-то «страховочные подушки» и могли бы уравнять негативные балансы в нашей торговле с одной стороной за счет развития сотрудничества с другой, третьей или четвертой сторонами.

Почему я так говорю? Потому что Европейский союз для нас является очень важным торгово-экономическим партнером. Это – партнер номер два после Евразийского экономического союза и после Российской Федерации.

Это не означает, что мы собираемся разрывать наши тесные связи, союзнические связи с Россией и с другими странами постсоветского пространства – отнюдь нет. Наоборот, мы считаем, что эти связи нужно укреплять. Но одновременно нужно развивать сотрудничество с Европейским союзом, со странами более дальней дуги в целях диверсификации наших торгово-экономических отношений. Тем более, что Европейский союз для нас является и поставщиком технологий, и поставщиком инвестиций, поэтому отношения с Европейским союзом для нас очень важны.

Поэтому наша основная задача и в контексте участия в Восточном партнерстве, и в контексте нормализации наших отношений с Европейским союзом состоит, в первую очередь, в развитии торгово-экономического сотрудничества. Это должно способствовать укреплению нашей экономики. Это, в свою очередь, приведет и к укреплению нашей политической независимости и суверенитета.

Если говорить о конкретных задачах, которые мы определяем на перспективу в наших отношениях с Европейским союзом, то мы считаем, что нам нужно уже сейчас говорить – и мы говорим об этом – о заключении нового юридического инструмента, соглашения между Беларусью и Европейским союзом. Все страны постсоветского пространства заключили в свое время так называемые соглашения о партнерстве и сотрудничестве с Европейским союзом. Это – базовые соглашения, которые определяют принципы сотрудничества, институциональные рамки, создают солидную юридическую основу для сотрудничества между той или иной страной и Европейским союзом.

К сожалению, в силу разных причин у нас такого соглашения нет. Поэтому можно говорить о том, что на сегодняшний день Беларусь имеет отношения с Европейским союзом, которые по своему уровню намного ниже, чем отношения других стран с ЕС. Упрекать нас в том, что мы, якобы, «стремглав бежим» в Европейский союз, нарушая какие-то обязательства, могут только маргинальные ущербные люди. Это я не в порядке оправдания, а в порядке констатации факта.

Мы заинтересованы в тесных отношениях с Европейским союзом. Заключение соглашения о партнерстве и сотрудничестве – это дело ближайшей перспективы, я думаю. Мы сегодня на стадии завершения обсуждения так называемых приоритетов партнерства. Это – программа, по которой наша страна будет сотрудничать с Европейским союзом до 2019 года. Я думаю, что в ближайшее время мы завершим работу над этой программой и сможем подписать ее. На повестке дня наших отношений и работа над соглашениями об облегчении визового режима и реадмиссии. Там есть несколько моментов, которые пока еще остаются спорными и над которыми мы работаем, но я тоже оптимист по этому поводу и думаю, что нам удастся устранить эти шероховатости в ближайшее время.

Пытанне: Які лёс Мемарандума аб узаемапаразуменні і супрацоўніцтве, які планавалася ці меркавалася сёння падпісваць, і Літва лічыла патрэбным унесці ў яго палажэнні пра АЭС, а таксама лёс праграмы на 136 млн. еўра на падтрымку беларускіх рэформ?

У.Макей: Магчыма, Вы маеце на ўвазе Пагадненне аб прыярытэтах партнёрства. Мы зараз знаходзімся на фінальнай стадыі абмеркавання прыярытэтаў партнёрства. Гэта праграма, па якой мы будзем супрацоўнічаць з Еўрапейскім звязам да 2019 года. Ніякіх тут цяжкасцей няма.

Пытанне: Літва не перашкаджае?

У.Макей: Не бачу ніякіх перашкод з боку Літвы. Я лічу, што наадварот, Літва можа быць зацікаўлена ў тым, каб паміж Беларуссю і  Еўрапейскім звязам існавала пагадненне, на аснове якога будзе развівацца наша супрацоўніцтва. Што датычыцца 136 млн. еўра, якія  Еўрапейскі звяз збіраецца выдаткаваць на падтрымку праектаў у Беларусі, – мы таксама абмяркуем гэтае пытанне. Мы зацікаўлены ў тым, каб гэтыя грошы былі накіраваны на развіццё тых праектаў, якія пойдуць на карысць дзяржаве, народу і нашаму грамадству. Я лічу, што у нас вельмі шмат сфер, у якіх могуць быць рэалізаваны гэтыя праекты. Гэта могуць быць вельмі розныя праекты.

Я разумею, што Вы маеце на ўвазе. Маўляў, гэтыя 136 млн. еўра пойдуць на развіццё грамадзянскай супольнасці. Я не бачу ў гэтым ніякай небяспекі. Мы абмяркоўваем з нашымі партнёрамі ўсе праекты, і калі любы праект адпавядае інтарэсам дзяржавы, мы яго заўсёды падтрымаем. Дарэчы, у апошні час мы рэалізавалі вельмі шмат праектаў з Еўрапейскім звязам і не толькі з ім, але і іншымі арганізацыямі і краінамі, і, дзякуй Богу, сёння мы бачым, што ў Беларусі знікае нейкая насцярожанасць адносна супрацоўніцтва са структурамі, якія гатовы выдаткаваць нейкія фінансавыя сродкі на рэалізацыю праграм у нашай краіне. Такіх праграм вельмі шмат. Напрыклад, у такіх сферах, як навакольнае асяроддзе, мясцовае самакіраванне і гэтак далей.

Вопрос: У нас были разные отношения с Европой, разные периоды. Были и санкции, и взаимные обвинения. Сейчас вроде бы потеплело, все хорошо. Как теперь еврочиновники воспринимают Беларусь – как субъект, который исправился, или как-то по-другому?

В.Макей: Этот вопрос лучше было бы задать еврочиновникам. Я расскажу о своих личных ощущениях. В принципе, если взять период нашей новейшей истории, 25 лет нашей независимости, то можно сказать, что в течение 20 из этих 25 лет мы испытывали какие-то проблемы в отношениях с Европейским союзом. Это были и санкции, и ограничения. Многие уже свыклись с этой мыслью.

В феврале прошлого года подавляющее большинство санкций было отменено, и нам пришлось фактически с нуля восстанавливать взаимное доверие и развивать позитивную атмосферу в наших отношениях. Слава Богу, что у наших европейских партнеров появилось понимание того, что нельзя одномоментно достичь каких-то серьезных целей, невозможно все изменить. У нас разные менталитеты, разные ситуации в странах, разный уровень экономического развития, разный региональный контекст и так далее… Поэтому надо двигаться постепенно, исходя из того, что надо ставить перед собой цели, которые достижимы в тот или иной момент, и стремиться реализовать эти цели.

Мне кажется, что в менталитете наших европейских партнеров произошли определенные изменения. Они понимают, и в рамках в том числе Восточного партнерства приняты соответствующие документы, что надо дифференцированно подходить к той или иной стране. Даже в рамках Восточного партнерства три страны хотят иметь более тесные, ассоциированные отношения с Европейским союзом. Армения заключила соглашение об углубленном партнерстве и сотрудничестве, Азербайджан готовит соглашение… Мы с Арменией находимся в Евразийском экономическом союзе, то есть, ситуации разные. Так вот, наши европейские партнеры на каком-то этапе и после соответствующих предложений с нашей стороны абсолютно правильно согласились с тем, что необходим так называемый дифференцированный подход. Считаю, что это правильно.

Что касается конкретно подхода к Беларуси, то должен сказать, что мы никогда не были страной, которая доставляла какие-либо проблемы нашим европейским партнерам. Я сегодня в выступлении говорил об этом – о том, что наша граница является самой безопасной, – и это не только наша оценка, это оценка бывшего посла Евросоюза в Беларуси госпожи Майры Моры. Эта граница является надежным заслоном на пути нелегальной миграции, контрабанды наркотиков и оружия,  международной преступности и так далее.

Мы стремимся сохранить эту свою стабилизирующую роль, конструктивную роль страны, которая способствует укреплению безопасности в регионе. И мы стараемся вносить соответствующие конструктивные, продуктивные предложения и в рамках различных встреч, совещаний различного уровня, в рамках различных мероприятий. Могу сказать, что наши европейские партнеры очень позитивно оценивают подобные подходы Беларуси и, более того,  считают, что мы являемся одним из наиболее предсказуемых и надежных партнеров для Европейского союза.

Я не скажу, что у нас все идеально и нет никаких проблем. Мы прекрасно понимаем, что есть ряд моментов, которые вызывают озабоченность со стороны наших европейских партнеров, но мы не считаем эти озабоченности непреодолимыми. Мы ведем разговоры с ними, дискуссии на эти темы. Я убежден, что, двигаясь вот так –   поступательно, шаг за шагом – расширяя позитивную атмосферу, которая появилась в наших отношениях, мы сможем добиться того, чтобы  процесс нормализации отношений Беларуси с Европейским союзом стал необратимым.

Вопрос: Когда Вы осенью посещали Академию наук, Вы упомянули, что Беларусь к Брюссельскому саммиту направила ряд предложений по проектам в рамках Восточного партнерства. Вы тогда отказались конкретизировать эти проекты и сказали, что до саммита не будете про них рассказывать. Может быть, теперь Вы можете рассказать, что это были за проекты и одобрены ли они в рамках Восточного партнерства?

В.Макей: Если говорить о конкретных проектах – это большой список. Некоторые проекты требуют уточнения, обсуждения, в том числе и с нашими европейскими партнерами. Но, хочу сказать, что даже сегодняшнее заключение соглашения о расширении европейского транспортного сотрудничества – это тоже является следствием отчасти наших предложений. Мы предлагали сосредоточить наши совместные усилия на развитии того, что важно для Беларуси – развитии транзитной составляющей, развитии пограничной инфраструктуры, развитии региональных проектов, которые мы могли бы реализовывать вместе с нашими соседними державами. Мы понимаем, что для Евросоюза это тоже более интересно, чем выделять деньги исключительно на проекты только в рамках Беларуси. Конкретные проекты находятся на столе Евросоюза, они связаны с нашим сотрудничеством в сфере транспорта, энергетики, логистики – сотрудничества в тех сферах, которые важны для Беларуси.

Пытанне: Вы прыгадалі два такіх вельмі важных дакумента, над якімі працуеце, – гэта дамова аб спрашчэнні візавага рэжыму і базавае рамачнае пагадненне. Пра візавае спрашчэнне гавораць, калі не памыляюся, з 2013 года. У 2013 годзе чакалі, што яно будзе падпісана. Час ідзе, нешта нібыта робіцца, але не бачым выніку. Ці можна сказаць, што ў бліжэйшы час, да наступнага саміту канкрэтна нешта будзе зроблена па гэтым базавым рамачным пагадненні і па гэтай дамове аб візавым рэжыме? Увогуле нават апярэдзілі нас у працы з еўрапейскімі партнёрамі Арменія і Азербайджан. Я разумею, што ў нас ёсць свой беларускі выбітны шлях, але можа ж усе ж такі будзем даганяць?

У.Макей: Я ўжо сказаў, што мы на працягу 20 з 25 гадоў нашай навейшай гісторыі мелі цяжкасці ў нашых адносінах з Еўрапейскім звязам. Гэтым можна многае патлумачыць. Ведаеце, нават для простых людзей цяжка адвыкнуць ад санкцыённых думак, а для бізнеса, для людзей, якія займаюцца бізнесам, гэта вельмі цяжка. Усё робіцца паступова. Паступова зараз яны прывыкаюць да таго, што змяняецца сітуацыя, што Беларусь адкрыта для супрацоўніцтва, што з ёй можна супрацоўнічаць, можна рэалізоўваць вельмі шмат узаемавыгадных праектаў. Усё гэта робіцца.

Калі казаць пра падрыхтоўку: якія мэты мы ставім перад сабой перад наступным самітам? Наступны саміт будзе праз два гады. Я ўпэўнены, што Беларусь абавязкова падыдзе да гэтага саміту з новым узроўнем супрацоўніцтва з ЕС. Я ўпэўнены, што на наступным саміце могуць быць падпісаны пагадненні, аб якіх усе будуць гаварыць і якія сапраўды прынясуць карысць і Беларусі, і Еўропе. Не буду загадваць. Не хацеў бы канкрэтна гаварыць аб гэтых дамоўленасцях.

Але што датычыцца базавага пагаднення і пагаднення аб спрашчэнні візавага рэжыму, то яшчэ раз хачу сказаць – мы зацікаўлены ў тым, каб базавае пагадненне было падпісана як мага хутчэй.  Мы прапаноўвалі гэта даволі даўно. Зараз мы бачым, што ёсць змены ў падыходах нашых еўрапейскіх сяброў. Гэта пазітыўныя змены, ёсць гатоўнасць размаўляць на гэту тэму. Таму мы думаем, што зноў-такі, палітыка – вельмі цяжкая рэч, і тут немагчыма штосьці прадказаць, але мы лічым, што ў наступным годзе мы зможам пачаць працу над распрацоўкай гэтага пагаднення.

Наконт візаў. Сапраўды, там засталося зусім мала тэхнічных і, напэўна, адзін ці два палітычных момантаў, над якімі мы працуем. Я не хацеў бы зараз распаўсюджвацца на гэты конт. Але я таксама лічу, што мы можам пераадолець гэтыя цяжкасці і выйсці на заключэнне гэтага пагаднення разам з пагадненнем аб рэадмісіі ў бліжэйшы час.

Вопрос: Были ли во время саммита, как ожидалось, острые антироссийские проявления, и какова в связи с этим реакция и Ваша позиция?

В.Макей: Не знаю, что подразумевать под «острыми антироссийскими проявлениями». Потому что здесь собрались руководители или представители 28 государств-членов Европейского союза, представители 6 государств Восточного партнерства и представители ряда международных организаций, для которых инициатива «Восточное партнерство» интересна.

Конечно же, из уст представителей отдельных государств звучала критика в адрес России в связи с известными событиями в Крыму, в связи с известными событиями на востоке Украины.

Но должен сказать, что подавляющее большинство выступающих –  может быть, за исключением каких-то единичных случаев – говорили о том, что Восточное партнерство не направлено против третьих стран, подразумевая, естественно, Россию.

Что это значит? Это значит, что есть понимание того, что обеспечение мира и безопасности в Европе, регионе, невозможно без России или за счет России, или в ущерб России. Надо с этим считаться. И мы изначально проводили в нашей политике такую линию, что если мы хотим обеспечить мир и стабильность, безопасность в регионе, то мы должны вести диалог на сей счет также и с Россией.

Мы считаем, что одним из самых главных итогов нынешнего саммита –  я считаю, что, действительно, этот саммит был успешным – является то, что никакие антироссийские пассажи не содержатся в заключительной декларации саммита Восточного партнерства, к которому Россия практически не имеет никакого прямого отношения.

Наш подход заключался в том, что если мы занимаемся Восточным партнерством, то мы должны думать о его будущем, мы должны думать о развитии сотрудничества между странами Восточного партнерства и Европейским союзом, внутри стран Восточного партнерства. Но включать в эту декларацию какие-либо пассажи, связанные с обличением России, было бы, с нашей точки зрения, неуместным. Рады, что такая точка зрения возобладала, и считаем, что это абсолютно правильный подход – подход, устремленный в будущее. Нет никакого иного пути для решения этой нынешней конфронтации между Востоком и Западом, кроме диалога.

Пытанне: Давайце яшчэ на хвіліначку вернемся да гэтых візавых пытанняў. Пакуль там спрашчэнне візавае буксуе, скажыце, калі ласка, на нядаўнім брыфінгу ў Міністэрстве замежных спраў Польшчы прагучала інфармацыя пра тое, што з польскага боку выканана ўсё, каб малы памежны рух запрацаваў, і зараз чакаюць руху з беларускага боку. Скажыце, калі малы памежны рух можа запрацаваць у Брэсцкай, Гродзенскай абласцях?

У.Макей: Што тычыцца малога памежнага руху, сапраўды існуюць адпаведныя пагадненні паміж Беларуссю і Польшчай, паміж Беларуссю і Літвой, паміж Беларуссю і Латвіяй. Паміж Беларуссю і Латвіяй пагадненне рэалізоўваецца. Што датычыцца адпаведнага пагаднення з Польшчай, то ёсць шэраг цяжкасцей, звязаных з неабходнасцю развіцця адпаведнай інфраструктуры на дзяржаўнай мяжы. 

Не магу сказаць, як будзе развівацца сітуацыя, але хачу вас запэўніць, што Беларусь зацікаўлена ў тым, каб у нас існаваў візавы рэжым, які дазволіць замежным грамадзянам, замежным, у першую чаргу, людзям з бізнесу і турыстам, лёгка наведваць Беларусь, нейкія турыстычныя мясціны, і мы зацікаўлены ў спрашчэнні гэтага рэжыму. Мы зараз думаем над тым, якія наступныя крокі трэба зрабіць, каб Беларусь была прывабнай для замежных грамадзян, уключаючы і грамадзян з краін – нашых суседзяў: з Польшчы, Літвы ці Латвіі. Я думаю, што ў бліжэйшы час мы зробім адпаведныя прапановы, і вы гэта ўбачыце, і вы пра гэта пачуеце.

Вопрос: В эти дни различные представители Евросоюза, оценивая достижения Беларуси, через раз подчеркивали развитие цифровой экономики. Скажите, как Беларусь могла бы пропагандировать этот опыт, такую эффективную модель экономического взаимодействия  в Восточном партнерстве?

В.Макей: В свое время мы были инициаторами создания так называемого бизнес-измерения в рамках Восточного партнерства. Мы внесли предложение о том, что надо организовать взаимодействие между бизнесом государств, входящих в Восточное партнерство. И это предложение было поддержано. Мы, если я не ошибаюсь, три или четыре года назад, внесли предложение о необходимости гармонизации цифровых рынков стран Восточного партнерства и Европейского союза. Эта белорусская инициатива была воспринята «на ура», и после этого родилась программа ЕС «EU 4 Digital», то есть «Европейский союз для цифровой экономики».

Учитывая, что дигитализация экономики (кто-то говорит об «Индустрии 4.0», мы тоже занимаемся этой темой) – это наше будущее, вы, конечно же, слышали заявления Президента на сей счет. Готовится соответствующее совещание на уровне Главы государства, которое, я убежден, сделает работу в IT-сфере еще более привлекательной в Беларуси. Поэтому за этой инициативой будущее. Эту инициативу, конечно же, надо продвигать, и мы продвигаем ее в рамках Восточного партнерства и в работе с Евросоюзом. Поэтому мы работаем, инициатива Беларуси есть, и она поддержана. И я убежден, что мы достигнем здесь успехов.

Пытанне: Вы нядаўна пасля сустрэчы з Міністрам замежных спраў Расіі заяўлялі пра тое, што Беларусь можа выслаць сваіх міратворцаў у Данбас. Наколькі сур’ёзная гэта прапанова? Ці хопіць у Беларусі ўвогуле міратворцаў для такой місіі, бо вядома, што ў Беларусі існуе толькі міратворчы батальён, гэта 300 з нечым чалавек? 

У.Макей: Я сказаў: мы гатовы даслаць міратворцаў у Данбас, калі гэта будзе прымальна для ўсіх зацікаўленых бакоў. Размовы на гэты конт вядуцца ў Нью-Ёрку ў рамках Савета Бяспекі ААН.

Мы не можам дыктаваць сваю волю камусьці з зацікаўленых бакоў. Мы толькі гаворым аб гіпатэтычнай магчымасці, аб тым, што мы гатовы будзем накіраваць нашых міратворцаў, калі гэта будзе прымальна для ўсіх бакоў. Таму што мы надзвычай зацікаўлены ў тым, каб гэты канфлікт на ўсходзе Украіны завяршыўся як мага хутчэй. Мы – зацікаўлены бок у гэтым плане, таму мы гатовы зрабіць усё магчымае і немагчымае, каб прыпыніць гэты канфлікт на ўсходзе Украіны.

Пытанне: Уладзімір Уладзіміравіч, усе бачылі фотакарткі, дзе Вы на саміце сядзелі побач з Ангелай Меркель. Ці атрымалася Вам правесці нейкія невялікія перамовы, можа быць, з ёй? І Вы казалі, што мелі сустрэчы, размовы з іншымі лідарамі. З кім яшчэ, калі не сакрэт?

У.Макей: Я не люблю хваліцца тым, якія размовы з кім меў. Мне давялося пагутарыць з кіраўнікамі дэлегацый усіх дзяржаў Усходняга партнёрства і з кіраўнікамі дэлегацый шэрага краін ЕС. На ланчы я сядзеў разам з Прэм’ер-міністрам Грэцыі. Я расказаў яму аб тым, як развіваюцца нашы адносіны і як мы бачым развіццё нашых адносін з Грэцыяй. Некалькімі сказамі мы абмяняліся таксама з Ангелай Меркель, але я не лічу неабходным удакладняць змест нашых гутарак. Быў шэраг кантактаў таксама з маімі калегамі – міністрамі замежных спраў з розных краін, з Еўракамісарам Ёханэсам Ханам і Высокім прадстаўніком па знешняй палітыцы ЕС Федэрыкай Магерыні. Ёсць шэраг прапаноў, якія мы будзем абмяркоўваць. І гэтыя прапановы накіраваны на далейшае развіццё нашых адносін і з ЕС, і з асобнымі краінамі-членамі ЕС.

Пытанне: Ніхто з украінскай дэлегацыі, можа, Пётр Парашэнка, да Вас з пытаннем наконт Шаройкі не падыходзіў?

У.Макей: Абмяркоўвалі.

Пытанне: І што?

У.Макей: Усё добра.

Вопрос: Я правильно понимаю, что политические моменты, которые по визовому соглашению, касаются диппаспортов?

В.Макей: По диппаспортам мы все вопросы решили.

Вопрос: А какие тогда остались?

В.Макей: Я не могу рассказать о каких-то деталях, которые могут повлиять на наш переговорный процесс. Это наша внутренняя кухня. Хочу сказать только лишь о том, что мы заинтересованы в том, чтобы соглашение, которое будет заключено с Беларусью, было похоже на те соглашения, которые в свое время были заключены Европейским союзом с нашими странами-партнерами – Арменией, Азербайджаном…

Вопрос: Скорее бы Вы их уже заключили…

В.Макей: Мы готовы двигаться. Вы видите, что мы ввели пятидневный безвизовый режим. Мы готовы и дальше говорить на тему облегчения безвизового режима для иностранных граждан. Поэтому и Европейский союз тоже должен какие-то шаги сделать.

Вопрос: Владимир Владимирович, это Вы добились того, что Россия не упоминается в декларации саммита Восточного партнерства?

В.Макей: Нет. Считаю, что это общее понимание того, что не надо на ровном месте создавать проблемы в отношениях с Россией. Еще раз говорю: Восточное партнерство – это Восточное партнерство, которое касается сотрудничества между странами-участницами Восточного партнерства и Европейского союза. Конечно, для России это важно, скажем так. Но если мы, обсуждая проблемы внутри Восточного партнерства и Европейского союза, начнем обличать Россию, то это ни к чему хорошему не приведет. Это будет только ущербно для документа, для проектов, которые реализовываются в рамках Восточного партнерства.