Процессы экономической интеграции в Азиатско-Тихоокеанском регионе, участие в них Японии (апрель, 2013)

Азиатско-Тихоокеанский регион благодаря интенсивному росту экономик стран Восточной и Юго-Восточной Азии, а также присутствию в нем США в последние десятилетия получил статус ведущего мирового центра экономической активности. В этом регионе сосредоточены такие важные факторы развития, как финансы и высокие технологии (Китай, США, Япония, Южная Корея, Сингапур), природные ресурсы (Россия, Канада, Австралия, ЮВА), трудовые ресурсы (Китай, ЮВА), высокоразвитое сельское хозяйство (Австралия, Канада, США, Новая Зеландия, Чили и Филиппины), а также огромные рынки для всех видов товаров и удобные транспортные коммуникации.

Десятилетиями здесь ведут острую конкурентную борьбу и успешно сотрудничают три крупнейшие экономики мира – США, Китай и Япония. Взаимодействие этих трех игроков уже сейчас определяет геополитический баланс не только региона, но и мира. Несмотря на то, что пока они непосредственно не являются членами основных торговых блоков в АТР, во многом именно их позиции, интересы и взаимодействие обусловливают перспективы развития зон свободной торговли в регионе. 

Одновременно усиливается и влияние иных государств региона, пример чему – растущая конкуренция между японскими и корейскими промышленниками, повышение роли блока АСЕАН, экономическое усиление Индии. 
Прямым следствием значительной активизации взаимодействия и конкуренции стали интеграционные процессы двух видов: зоны свободной торговли между основными торговыми партнерами и между регионами. Сегодня можно констатировать, что этап формирования межстрановых или двусторонних ЗСТ в основном завершен, а доминирующей тенденцией становится создание межрегиональных объединений, важнейшими из которых в АТР являются:
  1. Ассоциация стран Юго-Восточной Азии (АСЕАН) – региональная межправительственная организация. Начало формирования – 1967 г., количество участников по состоянию на декабрь 2012 г. – 10 стран, переговоры о вступлении ведет Восточный Тимор. В рамках АСЕАН действует договор о свободной торговле между странами-членами (АФТА). Договоры о свободной торговле с блоком АСЕАН с 2008 года имеет Япония, с 2010 года – Австралия, Индия, Китай, Корея, Новая Зеландия. Координация вопросов экономического сотрудничества также осуществляется в рамках форумов АСЕАН+3 (Китай, Корея, Япония) и АСЕАН+6 (Австралия, Индия, Китай, Корея, Новая Зеландия, Япония).
  2. Азиатско-Тихоокеанское торговое соглашение (до 2005 года – Бангкокское Соглашение). Является первым соглашением о преференциальной торговле между странами АТР. Начало формирования – 1975 год, количество участников – 8 стран, в том числе с 2001 года – Китай. Вступление КНР в этот блок, а также участие с момента основания Индии и Кореи позволяет рассматривать его как одно из ведущих интеграционных объединений в регионе. 
  3. Транс-Тихоокеанское партнерство (TPP, до 2010 года – Транс-Тихоокеанское стратегическое экономическое партнерство). Начало формирования – 2005 год, количество участников по состоянию на декабрь 2012 г. – 4 страны (Бруней, Новая Зеландия, Сингапур, Чили), переговоры о вступлении ведут 7 стран, включая США, Канаду и Австралию. В перспективе имеет хорошие шансы стать ведущим экономическом блоком не только в АТР, но и в мире. С учетом кризиса переговоров в рамках Всемирной торговой организации США играют сегодня лидирующую роль в дискуссиях о расширении ТРР, рассматривают его как важнейший приоритет внешнеторговой политики на ближайшие годы и «модель регионального торгового соглашения XXI века». Особый акцент при этом США уделяют вопросам защиты прав интеллектуальной собственности, окружающей среды и свободы перемещения трудовых ресурсов.
  4. Азиатско-Тихоокеанское экономическое сотрудничество (АТЭС) – форум стран АТР для рассмотрения вопросов сотрудничества в области региональной торговли и либерализации капиталовложений. Начало формирования – 1989 год, количество участников по состоянию на декабрь 2012 г. – 21 страна, включая Россию. В экономиках стран-участниц проживает около 40% мирового населения, на них приходится приблизительно 54% ВВП и 44% мировой торговли. Стратегическая цель – создание к 2020 году в АТР системы свободной и открытой торговли и либерального инвестиционного режима. Именно в рамках АТЭС сформирована в качестве долгосрочной цели концепция Азиатско-Тихоокеанской ЗСТ, инструментом реализации которой определено формирование TPP, АСЕАН+3 и АСЕАН+6.
  5. Американские интеграционные объединения, прежде всего, Североамериканское соглашение о свободной торговле.
Япония является членом АТЭС, форума АСЕАН+3, Тихоокеанского экономического совета (ТЭС), Совета по тихоокеанскому экономическому сотрудничеству (СТЭС), а также Восточно-азиатского саммита. 
 
20 ноября 2012 г. объявлено о начале переговоров о формировании ЗСТ в рамках АСЕАН-6, конечным итогом которых должно стать создание до 2015 года Общего регионального экономического партнерства (RCEP, Regional Comprehensive Economic Partnership). RCEP с количеством населения более 3 млрд. чел. и совокупным ВВП 19 трлн. долларов (30% мирового ВВП) может рассматриваться как азиатская альтернатива ТРР. Следует отметить, что каждая из указанных шести стран-партнеров уже имеет прямые соглашения о свободной торговле с АСЕАН. Цель нового пакта – расширение действующих рамочных условий сотрудничества. 
 
Вместе с тем, с учетом различных уровней экономического развития стран-участниц переговоров о RCEP подготовка полноценного соглашения о либерализации торговли товарами, услугами и движения капиталов между ними представляется достаточно сложной задачей. Ситуацию осложняют территориальные противоречия между Японией, Китаем и Кореей.
 
Участие Японии в RCEP не означает отказ от возможности начала переговоров о присоединении к TPP. 20 ноября 2012 г. в рамках японо-американских переговоров на высшем уровне премьер-министр Японии Ё.Нода заявил о том, что Токио надеется принять участие в переговорах о ЗСТ в рамках ТРР, несмотря на наличие внутренней и внешней оппозиции. Имеется в виду критическое отношение японского сельскохозяйственного лобби к возможностям присоединения к ТРР, как, в принципе, и к иным торговым интеграционным объединениям. Американские производители автомобилей также не приветствуют введение режима свободной торговли с Японией с учетом действующих в этой стране мер защиты внутреннего рынка.
 
Подходы японского правительства в отношении региональных интеграционных процессов сформулированы в глобальной внешнеэкономической стратегии, принятой в 2006 году, а также в обновленных Стратегиях экономического роста, утвержденных в 2008 и 2012 гг. Как было указано в принятой в 2008 году стратегии, полноценное экономическое партнерство должно включать открытие границ для свободного перемещения пяти основных составляющих: рабочая сила, товары, кредитно-финансовые средства, технологии и управление (менеджмент).
 
Развивая экономическую интеграцию в Азии, как считают в японском правительстве, важно учитывать сложившийся в Восточной Азии «региональный торговый треугольник». Имеется в виду увеличение экспорта готовой продукции в ЕС и США из Китая, в том числе за счет товаров, компоненты для производства которых поставляются из Японии и АСЕАН. Проведенные в 2009 году исследования показали, в частности, что для экспорта 100 единиц продукции Китай импортирует 60 единиц компонентов в стоимостном выражении. Практически две трети китайского импорта после доработки идет на экспорт и лишь одна треть – на внутренний рынок. Соответственно имидж Китая как мирового производителя товаров широкого потребления на две трети поддерживается за счет Японии и АСЕАН. При этом не учитывается участие Японии и иных стран в экономическом развитии Китая посредством вложений инвестиций и технологий. 
 
Изначально торговая политика Японии была ориентирована на многосторонние переговоры и механизм решения торговых споров. Правила ГАТТ и ВТО на фоне зачастую конфликтных отношений в торговой сфере с США, сложной исторической подоплеки в отношениях с азиатскими странами (прежде всего, Кореей и Китаем) позволяли Токио взаимодействовать со своими торговыми партнерами на равных. Вместе с тем, с начала 2000 годов активизировалась работа по заключению договоров о свободной торговле (FTA, касаются устранения тарифных и нетарифных барьеров) и договоров об экономическом партнерстве (EPA, кроме тарифных и нетарифных барьеров затрагивают вопросы свободного перемещения трудовых ресурсов и капитала), прежде всего, со странами – соседями.
 
Следует отметить, что в практическом плане разница между FTA и EPA незначительна, однако в Японии более распространено название EPA. Считается, что концепция такого договора в меньшей степени привлекает внимание местных противников либерализации торговли.
 
Причин смещения акцентов с многосторонних механизмов продвижения торговых интересов к FTA и EPA несколько. Основной из них считаются опасения Токио оказаться в изоляции в условиях, когда большинство стран региона, а также США и Европа активно вовлечены в переговоры о либерализации торговли в двустороннем или региональном формате. Предметом особой озабоченности стала активизация с 2001 года взаимодействия Китая с АСЕАН, а также присоединение в 2008 году США к переговорам о формировании TPP. 
 
Среди иных причин продвижения FTA называются: 
  • необходимость оживления внутренней хозяйственной деятельности посредством отказа от традиционных механизмов государственного лоббирования интересов большинства отраслей и повышения конкуренции на внутреннем рынке;
  • усиление разногласий в рамках диалога по Дохийскому раунду переговоров ВТО, а также глобальный финансово-экономический кризис;
  • решение вопросов привлечения рабочей силы в условиях катастрофического старения японского населения (уже сегодня Япония – мировой лидер по количеству населения пенсионного возраста);
  • обеспечение стабильных условий доступа к природным ресурсам за рубежом;
  • повышение доли доходов от иностранных инвестиций в текущем платежном балансе Японии на фоне беспрецедентного роста отрицательного сальдо торговли товарами и услугами. Так, например, в октябре 2012 г. отрицательное сальдо торговли Японии составило 9,8 млрд. долларов (в два раза больше отрицательного сальдо, зарегистрированного в октябре 2011 г.), однако сохранено положительное сальдо текущего баланса на уровне 4,6 млрд. долларов (с учетом роста доходов японских компаний от инвестиций за рубежом на 11%).

При рассмотрении японской стороной возможности заключения FTA и EPA приоритет отдается странам Восточной Азии, в которых Япония имеет важнейшие экономические и политические интересы. Для остальных государств действуют следующие формальные критерии отбора: 

  • возможность создания благоприятных для Японии международных условий ведения бизнеса;
  • соответствие задачам стратегического развития Японии;
  • стабильность внутриэкономической и внутриполитической ситуации в стране-партнере;
  • практическая возможность реализации договора о свободной торговле или об экономическом партнерстве. 

В зависимости от конкретных условий Министерством экономики, торговли и промышленности Японии может быть принято решение о целесообразности подготовки не FTA или EPA, а, например, соглашения о содействии инвестициям. В ряде случаев подобные соглашения становятся впоследствии инвестиционными разделами ЕРА.

На страны Азии, Северной Америки и ЕС приходится более 80% японского товарооборота. При этом средняя ставка импортных тарифов в Европе и США является достаточно низкой (около 4%), в том время как в Китае 10%, Малайзии – 14,5%, Корее – 16,1%, Филиппинах – 25,5%, Индонезии – 37,5%. По оценкам японских экспертов, доля стран Восточной Азии в мировом ВВП к 2020 году составит 20% (в 1990 году – 5%). Вследствие этого, а также с учетом динамичного роста экономического взаимодействия с азиатскими странами проведение переговоров по либерализации торговли с ними (а не с США или ЕС) рассматривается в Токио сегодня как важнейший инструмент продвижения интересов японских товаропроизводителей.

Таким образом японское руководство планирует придать новый импульс развитию экономики, а также получить дополнительные преимущества в конкурентной борьбе с китайскими и корейскими производителями. До настоящего времени режим свободной торговли был принят в отношениях с Сингапуром (2000 год), Мексикой и Малайзией (2004 год), Филиппинами (2006 год), Индонезией, Чили, Таиландом и Брунеем (2007 год), блоком АСЕАН и Вьетнамом (2008 год), Швейцарией (2009 год), Индией (2011 год), Перу (2012 год). Инициированы переговоры с Австралией, Колумбией, Кореей, Канадой, ЕС (с 29 ноября 2012 г.), Новой Зеландией, Турцией, Советом Сотрудничества государств Персидского Залива (СГПЗ).

Сводная информация о статусе переговоров Японии о заключении FTA (по данным Японской организации внешней торговли (ДЖЕТРО)): 

 
Состояние
Доля в товарообороте Японии
АТР
АСЕАН
Вступило в силу
14,6
Сингапур
Вступило в силу
2,3
Малайзия
Вступило в силу
2,8
Таиланд
Вступило в силу
3,8
Индонезия
Вступило в силу
3,0
Бруней
Вступило в силу
0,3
Филиппины
Вступило в силу
1,3
Вьетнам
Вступило в силу
1,1
Индия
Вступило в силу
1,0
Австралия
Ведутся переговоры
4,2
Новая Зеландия
Ведутся переговоры
0,3
Республика Корея
Переговоры приостановлены
6,2
Америка
США
-
12,7
Канада
Ведутся переговоры
1,4
Мексика
Вступило в силу
0,9
Чили
Вступило в силу
0,7
Перу
Вступило в силу
0,2
Колумбия
Ведутся переговоры
0,1
Европа
ЕС
Ведутся переговоры
10,5
ЕАСТ
-
1,2
Швейцария
Вступило в силу
1,0
Другие
Турция
Ведутся переговоры
0,2
ТРР

Продолжаются внутренние дискуссии

24,6
(17,4)
СГПЗ
Ведутся переговоры
8,4
Итого
Вступило в силу
18.2

Вышеуказанный перечень стран подтверждает тезис о том, что пока политика Японии в данной области является недостаточно эффективной. До настоящего времени режим свободной торговли в отношениях с важнейшими для Японии торговыми партнерами – США, КНР, Республика Корея, ЕС – не принят. Общая доля стран, с которыми Япония заключила договоры о свободной торговле, в 2011 году составила лишь 18,2% от стоимостного объема товарооборота. Следует отметить, что одним из положений принятой в июле 2012 г. правительством Японии стратегии экономического развития страны стала задача увеличить до 2020 года указанный показатель до 80%. 

Информация о доле ЗСТ в объеме внешней торговле ведущих стран региона приводится ниже (по данным ДЖЕТРО):

 

Доля стран, с которыми имеется договор о создании ЗСТ, в стоимостном объеме внешней торговли, %

Экспорт + Импорт
Экспорт
Импорт
Япония
18,2
18,4
18,0
США
34,9
40,8
31,0
Канада
68,2
77,5
59,0
Мексика
80,9
92,6
69,4
Чили
89,0
87,6
90,9
Перу
69,0
69,2
68,7
EC
Общий объем торговли
74,8
77,4
72.2
Внешняя торговля
26,4
29,5
23.6
Республика Корея
25,2
26,9
23,4
КНР
16,6
12,0
21,7
Индия
17,9
21,0
15,7
Сингапур
66,1
66,3
65,9
АСЕАН
60,1
57,9
62,3
Австралия
26,5
18,1
35,6
Новая Зеландия
48,7
48,1
49,3

Вместе с тем, возвращение в декабре 2012 г. к власти в Японии Либерально-Демократической партии может привести к пересмотру этих подходов. Поскольку ЛДП традиционно защищает интересы сельскохозяйственного лобби страны, но в то же время рассчитывает и на поддержку со стороны крупных промышленных корпораций, заинтересованных в продвижении TPP, ее лидер С.Абэ весьма осторожно сформулировал позицию по вопросу о возможном присоединении к Транс-Тихоокеанскому партнерству: ЛДП против присоединения Японии к переговорам по TPP, если входным условием будет отмена импортных тарифов «без изъятий».

Подобный подход в принципе является традиционным для Токио. Например, положения EPA, вступившего в силу между Японией и Перу в марте 2012 г., предусматривают особый порядок снижения тарифов на импорт в Японию «некоторых видов сельхозпродукции»: для свинины, мяса птицы, спаржи и кукурузы пошлины будут снижаться посредством системы тарифных квот или постепенного сокращения в течение десяти лет. На другие виды продукции, включая рис, пшеницу и говядину, режим свободной торговли распространяться не будет. При этом Перу снижает немедленно или в течение 10 лет тарифы на промышленные товары, являющиеся основой японских поставок, с 9 до 0%. Японские пошлины на импорт промышленных товаров из Перу (объем поставок такой перуанской продукции в Японию минимален) немедленно снижаются до 0%.

Интересным положением японо-перуанского, а также японо-швейцарского ЕРА является порядок оформления сертификатов происхождения товаров. Кроме обычной системы, при которой уполномоченная организация (в Японии – ТПП) оформляет сертификат происхождения, введен институт одобренных экспортеров, имеющих право самостоятельно оформлять такой документ, что снижает сопутствующие расходы. C другой стороны, введение новой системы выдачи сертификатов о происхождении товаров может повлечь за собой нежелательное усиление роли государства, получающего право определения условий для выдачи компаниям лицензий на сертификацию товаров, а также организацию выборочных проверок отдельных фирм-экспортеров. В японо-швейцарском ЕРА говорится, что товар может считаться произведенным на территории государства-экспортера в том случае, если в данной стране он приобрел более 40% добавленной стоимости.

Таким образом, к изложенным критериям отбора стран-партнеров Японии по EPA можно добавить один важный, но недекларируемый японскими властями момент – максимально возможное снижение влияния либерализации торговли на японское сельское хозяйство. 

На сегодня Япония относится к странам с низким уровнем самообеспечения продукцией сельского хозяйства (по мясу – 54%, злакам – 28%, сахару – 26%, овощам – 79%, фруктам – 38%, в целом – 40%) и экспортирует не более 5 процентов от объема внутреннего производства таких товаров (в 2011 году – на 3,2 млрд. долларов). 60% японского импорта сельхозпродукции приходится на США, Китай, Австралию, Канаду и Таиланд. При этом из США, Канады и Австралии импортируется более 90% зерновых, значительная часть мяса птицы, свинины и говядины, а из Китая – более 65% замороженных овощей.

Рис является основной сельскохозяйственной культурой, потребность Японии в нем на 95% покрывается за счет местной продукции. Производство риса дотируется государством, себестоимость производства в шесть раз выше, чем в Таиланде, и в два раза выше, чем в США.

В целом аграрная продукция составляет лишь 1,2% японского ВВП, в сельском хозяйстве работает 4,2% трудоспособного населения. При этом особенности организации избирательного процесса Японии привели к тому, что сельское население избирает не менее 20% депутатов парламента страны. Отсюда большое влияние сельскохозяйственного лобби на политическую жизнь страны и, в частности, процесс принятия решений по вопросам международной торговли.

На сегодняшний день тарифы на импорт говядины в Японию установлены на уровне 50%, молочной продукции – 25-40% от таможенной стоимости, риса – более 4 евро за 1 кг., также действуют жесткие нетарифные барьеры. При этом японская сторона отказывается рассматривать возможность понижения или отмены таких высоких тарифов.

В то же время в отношении практически всех сырьевых и промежуточных товаров в Японии действует нулевая ставка импортной таможенной пошлины. На подавляющее большинство продукции машиностроения, электроники, химических соединений и пр., т.е. в сферах, где японские производители имеют неоспоримые конкурентные преимущества, ставка пошлины является очень низкой либо также равна нулю. 

Программа развития японской стороной системы договоров о либерализации торговли при сохранении политики «изъятий» может произвести смешанный эффект. С одной стороны, можно ожидать незначительный положительный эффект в развитии сотрудничества со странами Азии. С другой стороны, дальнейший протекционизм в отношении местного сельского хозяйства в условиях стареющей рабочей силы и отсутствия структурных реформ в аграрном секторе приводит к усилению диспропорций в японской экономике, развитие которой и так осложнено гигантским госдолгом (более 200% ВВП), а также способствует дальнейшему росту влияния Китая как регионального и мирового лидера. 

Интерес представляют проведенные в 2010 году исследования европейских экспертов касательно возможного эффекта от заключения FTA с Японией. В случае полного снятия тарифных ограничений на импорт товаров и услуг из ЕС в Японию, рост поставок составит 14,1 млрд. евро в год или 23,1%. Если же будут полностью устранены японские нетарифные барьеры, то поставки увеличатся на 29,4 млрд. евро (48,2%). Наибольший эффект от отмены тарифов прогнозируется в секторе продуктов питания – рост поставок на 4,8 млрд. евро; при снятии нетарифных ограничений в секторе химических и фармацевтических товаров – 10 млрд. евро.

Таким образом, нетарифные меры играют ведущую роль в созданной в Японии системе защиты внутреннего рынка. 

Выводы:

В АТР преобладает тенденция формирования многосторонних блоков свободной торговли. Мотивом участия в таких объединениях являются как экономические соображения, так и опасения утратить политические позиции на фоне роста влияния стран-конкурентов. Вместе с тем, увеличение количества и взаимное пересечение блоков свободной торговли приводит к усложнению процесса переговоров по созданию новых объединений.

Японская сторона пока не проявляет выраженного интереса к возможностям взаимодействия с Таможенным союзом Беларуси, Казахстана и России. Продолжение реальных процессов экономической интеграции в рамках Единого экономического пространства, а также увеличение количества членов Таможенного союза в перспективе может способствовать повышению привлекательности общего рынка для японцев. 

 Скачать статью можно здесь (файл PDF, 112 Кб)

 

 Cоветник Посольства Республики Беларусь в Японии
 Сергей Терентьев