В Беларусь без визы

Интервью Чрезвычайного и Полномочного Посла Республики Беларусь в Китайской Народной Республике К.Рудого газете «Комсомольская правда» в Белоруссии» (2 ноября 2017 г.)

Посол Беларуси в Китае Кирилл Рудый: «Приходишь к чиновнику, он говорит: Лукашенко мы знаем! А какая страна?»

Известный экономист и дипломат рассказал, чем похожи белорусские и китайские бабушки, какими продуктами нам завоевать рынок Поднебесной, и поделился правилами выживания в пекинском смоге

Ольга ШЕСТАКОВА

Так совпало, что я побывала в Пекине как турист и впечатлилась размахом и города, и всей страны — настолько огромной и самостоятельной, что она похожа на отдельный мир. 1,5 миллиарда в Китае и 10 миллионов в Беларуси — чувствуете разницу? То, что для них «небольшие торговые связи», для нас — половина бюджета…

Мы попросили рассказать о Китае человека, который лучше всего знает отношения двух стран. Тем более что наш посол в Китае — больше чем посол: Кирилл Рудый — известный экономист, еще недавно — советник президента по экономическим вопросам.

«Отношения с Китаем похожи на мультфильм «Как приручить дракона»

- Кирилл Валентинович, вы уже работали в посольстве в Китае советником по экономике, а год назад вернулись в должности посла. Что впечатлило?

- Знаете мультфильм «Как приручить дракона»? Вот так и у нас. Мы — маленькие, дракон — большой, он уже на территории Китая не помещается, хочет выходить за границы.

- Мультик знаю, там у парня все получилось, приручил! Как наши успехи?

- Мы в процессе, — улыбается Кирилл Рудый. — За последний год появилась активность благодаря двум визитам президента, в сентябре 2016-го и в мае 2017-го. Прорывным можно назвать предложение с нашей стороны об отмене виз для граждан обеих стран при визите до 30 дней. Сейчас ответственные министерства над этим работают.

Первая лекция для студентов, изучающих белорусский язык в Тяньцзинском университете иностранных языков. Фото: личный архив посла.

Первая лекция для студентов, изучающих белорусский язык в Тяньцзинском университете иностранных языков. Фото: личный архив посла.

- Самое известное белорусско-китайское начинание — парк «Великий камень». Но там пока грандиозных результатов не видно. Что там происходит?

- «Великий камень» сейчас на этапе привлечения инвесторов. За прошлый год, к сожалению, зарегистрировался только один резидент. В этом году, благодаря визитам президента, — 11 резидентов. Но кто-то начал реальную работу, а кто-то только показал себя.

Проблема в том, что рынок Беларуси маленький для китайских компаний, и к нам приходят те, кто ориентирован на наших гигантов, например на МАЗ, который потом будет продавать их продукцию вместе со своей. Поэтому к нам пришли компания Weichai, которая будет производить двигатели, Zoomlion, который производит зеленые элементы для МАЗов.

Другие компании пока сдержанны. Надо, чтобы парк открылся не только для нас и России. Мы ищем варианты: либо открыть Европу для производителей парка, либо чтобы европейские, американские компании могли продавать в Китай. Ведется работа по привлечению в акционеры парка немецких соинвесторов. Надеюсь, получится.

«Приходишь к китайскому чиновнику, он говорит: Лукашенко мы знаем! А какая страна?»

- Что объединяет наши государства? Это же странно на первый взгляд: дружба Беларуси и Китая!

- Во-первых, у нас есть общие принципы. Например, мы за территориальную целостность, как и Китай. Мы недавно приобрели независимость и территорию, на которой находимся. Для нас важно все это сохранить.

Второй момент — это коммунистическое (или советское) наследие. Его здесь немного «придавили» бизнесом и экономикой, но сейчас пытаются возродить китайскую мечту, ценности, сделать общество более гуманным.

Ну и третье — это отношения двух президентов. Такие не у всех есть. Они даже похожи — характером, манерой ведения дел… Приходишь в любой госорган, все знают нашего президента. Да, Лукашенко, он дружит с Си Цзиньпинем, давайте обсуждать дела. А потом говорят: а из какой вы страны? То есть они знают Лукашенко, а потом уточняют, где мы находимся, и так далее.

- Вы как-то упоминали реформы, которым нам стоит поучиться у Китая. Какие?

- В Китае много реформ. Например, они закрывают избыточные производства, даже наказывают губернаторов, если не закрыли. Вторая реформа — юридическая, повышают прозрачность судов, показывают процессы онлайн. И третья реформа — военная, повышение информационности, переход на новые технологии.

Беларусь много чего выращивает, но некоторые «культуры» пока отстают. Кирилл Рудый на на майнинговой ферме Bitmain по производству криптовалют. Фото: личный архив посла.

Беларусь много чего выращивает, но некоторые «культуры» пока отстают. Кирилл Рудый на майнинговой ферме Bitmain по производству криптовалют. Фото: личный архив посла.

- Что еще нам подсмотреть у Китая?

- Мы очень разные. Политике открытости Китая можно поучиться… Но не считать, что это решит все наши вопросы. Мы иногда бросаемся в крайности. «Россия -– это наше все». Или «Евросоюз — это наше все», или Америка…

- Или Китай.

- Сейчас вот влюбились в Китай… Нам бы внутри Беларуси определиться. Понять, что мы маленькая страна, никто нам ничего не должен.

- И любить нам надо всех…

- …и любить надо себя. Выстраивать отношения исходя из того, что выгодно нам. Дружить-то со всеми. Мы на перекрестке, ничью сторону занимать нельзя, это вопрос независимости. Мы столько за нее боролись! Давайте и вести себя соответствующе.

В этом году в Пекин приезжала писательница Светлана Алексиевич, она побывала в белорусском посольстве, очень позитивно отзывалась о встрече и беседе с послом, Фото: Твиттер Кирилла Рудого..

В этом году в Пекин приезжала писательница Светлана Алексиевич, она побывала в белорусском посольстве, очень позитивно отзывалась о встрече и беседе с послом, Фото: Твиттер Кирилла Рудого..

«У китайцев только недавно стали популярными кофе, вино, молоко»

- Вы говорили, что нашим поставщикам выгодно осваивать рынок Китая вместо российского. Что мы можем продавать?

- Сейчас мы продаем калий, нефтепродукты, продукцию машиностроения. За последний год увеличилась доля продуктов питания еще и потому, что машиностроение упало, есть некоторый провал по ряду предприятий, например БелАЗ, МТЗ. Здесь долгое время были совместные предприятия, потом рынок упал, появились разногласия с партнерами. У некоторых осталось впечатление, что китайское направление не очень удачное. Но это не так. Надеюсь, к промышленникам вернется видение китайского рынка, и они посоревнуются с нашими молочниками.

- Я в магазинах, кстати, нашего молока-сыра не видела… Специально оглядывалась!

- Ну, во-первых, магазинов тут много (смеется). Во-вторых, в Пекине есть русский район, там лежат белорусские шоколадки. Молоко пока только в северных провинциях… Но именно молоко стало третьим нашим продуктом по продажам после калия и нефтепродуктов, обошло машиностроение. Ожидаем, что дальше будет расти. Хотя у производителей есть некоторая инерция. Они вроде видят, что здесь выгодно, но привычки, контакты — в России, плюс ментальность, язык…

- А что за молоко — сухое? Обычное разве доезжает?

- Срок годности нашего пастеризованного молока — год. Но продаем и сухое. Плюс сыры, мороженое. Возможно, соки, водка, пиво, березовый сок.

Кирилл Рудый и Ху Чуньхуа, секретарь парткома провинции Гуандун, член ЦК КПК, обсуждают белорусское молоко. Фото: личный архив посла.

Кирилл Рудый и Ху Чуньхуа, секретарь парткома провинции Гуандун, член ЦК КПК, обсуждают белорусское молоко. Фото: личный архив посла.

- Водке с российской сложно конкурировать…

- Почему? Здесь людей много, они любят импортное. Да и российское от белорусского не всегда отличат.

- Если Беларуси правильно выстроить отношения, этот рынок — огромные перспективы.

- Абсолютно. Сейчас в Китае бум импорта. Все хотят что-то с импортной лейблочкой, чтобы написано не на китайском. Китайцы стали богаче, зарплаты выросли, вкусы начинают меняться. Раньше не пили кофе, сейчас на улицах — и  «Старбакс», и прочие кофейни, это модно.

Китайцы стали пить вино. Появилось китайское вино с французскими технологиями. (Подтверждаю: пила китайский шардоне, вино на вполне достойном уровне. — Авт.) Они стали пить молоко, есть сыр. Многие компании уже говорят: мы готовы купить ваших специалистов! Но мы лучше будем поставлять сыр.

Но есть издержки, как экономист скажу: у некоторых наших отраслей много долгов, высокая себестоимость, и выйти на самоокупаемость для них — очень долгий путь.

Белорусское молоко в Китае позиционируется как французское вино! Фото из города Ухань, 2017 год. Фото: личный архив посла.

Белорусское молоко в Китае позиционируется как французское вино! Фото из города Ухань, 2017 год. Фото: личный архив посла.

«Некоторые китайцы себя в шутку называют «бананами», а нас — «яйцами»

- Я была в Пекине почти две недели… Как бы ни странно, у меня было ощущение, что у нас много общего.

- Много общего между людьми. Старшее поколение даже визуально похоже. Китайские бабушки похожи на белорусских советских бабушек. Манера поведения, логика мышления, чувства, эмоции… Они даже музыку одинаковую слушают и рассуждают примерно так же, многое идеализируют, находятся в таком «постсоветском» мировоззрении.

- А следующее поколение?

- Многие молодые китайцы уезжали за рубеж учиться, стали возвращаться в 2000-х. Они себя в шутку называют «бананами»: мол, желтые снаружи — белые внутри. А таких людей, как мы с советником Сергеем Владимировичем Вергейчиком, кто долго был в Китае, знает язык, культуру, называют «яйцо» — белый снаружи — желтый внутри. Это, конечно, никому не в обиду.

Так вот люди, которые вернулись, — другой формации. К ним прислушиваются, их назначают на высокие должности. Ректора университетов, руководители компаний, должностные лица в провинциях — так или иначе кто-то имеет зарубежное образование или работал в международной корпорации. У них есть глобальное видение мира, понимание, как он развивается.

- В этом у нас тоже есть общее, и вы тому пример. Вы учились в США… Вам проще найти с ними общий язык?

- Да. Было такое, что китайцы даже специально отыскивают однокурсника, с кем я вместе мог бы учиться в Америке, приглашают, и он становится связующим звеном на переговорах.

Пекинские пенсионеры похожи на белорусских, но активнее: они собираются в парках, играют на музыкальных инструментах, танцуют, занимаются гимнастикой. Фото: Ольга ШЕСТАКОВА

Пекинские пенсионеры похожи на белорусских, но активнее: они собираются в парках, играют на музыкальных инструментах, танцуют, занимаются гимнастикой. Фото: Ольга ШЕСТАКОВА

«ВВП одной южной провинции Китая больше, чем ВВП России»

- Расскажите свои впечатления от поездок по Китаю. В провинциях же все совсем другое, чем в Пекине?

- И у меня были такие мысли. А потом понял, что, по сравнению с некоторыми городами, Пекин похож на провинцию. Мне очень понравился Чуньцин, в нем население 30 миллионов, с пригородами — 40 (в Пекине 25 миллионов. — Авт.). Раньше он был не очень благополучным — заводы, все загрязнено… За 10 лет все поменялось. Сейчас там небоскребы, средняя зарплата 1,5 тысячи долларов. Там производится каждый третий компьютер в мире, Тим Кук открыл завод Apple. Средний прирост за последние три года — на 10% каждый год.

- Очень хочется, конечно, с таким городом наладить связи!

- И такие города везде, вся страна такая. Приведу пример: ВВП южной провинции Гуандун больше, чем ВВП России. Население — около 120 миллионов (в России сейчас 146 млн. — Авт.). Сейчас этот бум чуть замедляется, в среднем по Китаю прирост около 6 — 7%. В успешно развивающихся провинциях, например, другие уже вопросы, нам говорил один секретарь парткома: «У нас проблема — мигранты из Африки, которые в Китай едут».

Тот самый город Чуньцин, в котором сейчас живет боле 40 миллионов человек. Фото: личный архив посла.

Тот самый город Чуньцин, в котором сейчас живет боле 40 миллионов человек. Фото: личный архив посла.

- Китай — огромная страна, да и далеко от нас. Вот как везти сюда наши продукты?

- Есть идея Си Цзиньпиня «Один пояс — один путь». Под нее выстроили железнодорожные маршруты из Китая в Европу. Все довольны… Кроме китайских бизнесменов. Они говорят, морем дешевле, и просят или компенсировать им убытки, или надо, чтобы поезда возвращались заполненными. Бизнесмены говорят, можем белорусское закупать. Некоторые поезда уже возвращаются на север Китая с нашей молочкой, соками, водкой, печеньем… Вагон открыли, повесили ценники и продают.

Так хорошо у нас работает Брестская, Гродненская области. Другие менее активны. Есть логистическое операторы, надо выходить на них, договариваться. И главная проблема — нет языка.

- У нас?

- Да. Нам надо продать? Значит нам и учить китайский. Хороших переводчиков мало. Китайцы приезжают, берут переводчика и говорят: простите, мы ничего не понимаем…

«Договариваемся, чтобы приезжало 5 тысяч туристов от провинции»

- Мы сейчас больше делаем ставку на туризм и то, что купят китайские туристы. В Европе в магазинах «Прада» стоят очереди китайцев, объявления висят: «По две сумочки в руки», все скупают. Надо нам открывать магазины в Минске, привлекать. У нас страна небольшая, даже если они у нас на 2 — 3 дня остановятся — более чем достаточно! Больше и им не надо, они ведь хотят много чего посмотреть. Они дисциплинированные, спокойные.

- Я летела сюда, видела — китайцы едут на родину… с коробками обуви из Беларуси! Я очень удивилась. И поняла, что шопинг не получится… И он не получился. В магазинах привычных марок цены как в Европе. Купила прекрасное стильное китайское пальто, но и стоило оно почти 200 долларов.

- Политика иностранных компаний тут — завышать цены. Спрос-то устойчивый. Поэтому китайские туристы за рубежом действуют по принципу «больше куплю — больше сэкономлю». Бывает, рассказывают: «У вас, в Беларуси, купил часы «Луч», обувь «Белвест», костюм…» Если сделать приезд таких туристов на плановой основе (а мы с некоторыми провинциями договариваемся, например, чтобы в год приехало от них 5 тысяч туристов в год) и расписать маршрут, можно делать гостиницы, рестораны, даже производство, потому что приедет покупатель и все купит.

- Вы как-то президенту рассказывали, что на границе руководителя туристической компании из Китая долго держали, досматривали… Продолжение истории было?

- Та женщина вернулась в Китай и направила в Беларусь группу туристов, то есть это не отвернуло ее от страны. Приехало 15 человек, пожилые люди от 60 до 80 лет, обычно они объезжают несколько стран. Сейчас вторая группа едет.

- И встречать их, надеюсь, будут более дружелюбно.

- Знаете, как встречают в китайском аэропорту? На стойке, за которой сидит пограничник, есть механизм со смайликами — от радостного до злого. Вы можете нажать и оценить работу пограничника.

Вот такие «коробочки» попогают оценить работу паспортистов , например, в аэропорту Пекина. Фото: Твиттер Кирилла Рудого

Вот такие «коробочки» помогают оценить работу паспортистов , например, в аэропорту Пекина. Фото: Твиттер Кирилла Рудого

- Было бы хорошо в Беларуси так оценить чиновника!

- Есть выборы.

- Но чиновника я не выбираю.

- Выбираете местную власть, парламентариев. Есть механизмы, просто вы не всегда их используете, а потом кто-то виноват. К депутатам можно обращаться, многие из них въедливые, помню еще по старой работе. Ходят, доказывают что-то за какую-то бабушку. А мы все бросаем и полдня ею занимаемся. Надо быть менее памяркоўнымi и более активными в решении своих вопросов.

- А китайцы активные?

- Очень. Мы пытались убрать парковку около посольства, вызвали полицию, они стали убирать машины. Вышли местные жители, отогнали полицию. И стали снова ставить машины. Мы опять вызвали полицию… Вот факт — жители пытаются отстоять свои права.

- Свое право на незаконную парковку! — смеюсь я. — И что?

- Теперь ставят машины около другого посольства!

«Сын уже лучше меня говорит по-китайски»

- Как вам лично тут живется? Вы ведь переехали с женой и двумя сыновьями?

- Да, решили на своих детях эксперимент поставить и отдали старшего в китайскую школу, — улыбается Кирилл Валентинович. — Ему будет 9 лет, младшему 2 года. Старший уже может общаться, что-то прочитать…

- Лучше вас говорит по-китайски?

- Конечно! У него даже пекинский акцент появляется. Вот такие инвестиции в детей.

- А вы сами китайский учите?

- Сейчас меньше. База — то, что в первую командировку выучил. Приходит учительница раз в неделю, но это все обрывочно. Много командировок, за год я больше 20 провинций посетил.

- Про пекинский смог в воздухе пишут постоянно… Как его переносите?

- Да, главный минус — это экология и воздух. Вы в неплохую пору попали, смога почти нет… А вообще мы замеряем на телефонах, у нас датчики стоят, плохие частицы PM2,5 (мелкодисперсные взвешенные частицы в воздухе. — Ред.). В Минске они где-то 9 — 10 при норме 50. Здесь мы считаем нормой, до которой можно на улицу выходить, до 200. А зимой здесь и 800, и 900. Сидим, закрыв окна, с очистителями воздуха, на улицу не выходим, школы закрыты… Очень дискомфортно, все ходят в масках. Конечно, правительство принимает меры, в этом году поставили цель сократить загрязнения на 10%.

- Кухня вам нравится, ходите в китайские рестораны?

- Это само собой. Иногда, конечно, хочется и европейской еды. Я советую обязательно попробовать «китайский самовар», или hot pot. Ничего подобного в других странах нет. Вы сами варите сырое мясо и едите… По легенде, это изобретение времен Чингисхана, воины на щитах так готовили.

Это и есть хот-пот, удивительное китайское изобретение: сам «варишь» в кипящей воде мясо, зелень, грибы или тофу, вытаскиваешь, обмакиваешь в соус и ешь. Фото: Ольга ШЕСТАКОВА

Это и есть хот-пот, удивительное китайское изобретение: сам «варишь» в кипящей воде мясо, зелень, грибы или тофу, вытаскиваешь, обмакиваешь в соус и ешь. Фото: Ольга ШЕСТАКОВА

- А вы сами что-то китайское приобретаете?

- Да… Но мы все-таки европейцы. В командировках ем с удовольствием. Но потом возвращаюсь, и мне макарон бы, котлету, сала, хлеба! Что-то свое, — улыбается посол.

СПРАВКА «КП»

Кирилл РУДЫЙ родился в 1978 году в Минске, закончил Белорусский государственный экономический университет, в 23 года стал кандидатом наук, затем занял должность замдекана факультета финансов БГЭУ. В 33 года стал доктором экономических наук. Прошел 4-месячную стажировку в США по программе «Фулбрайт».

В 2007 — 2012 гг. был советником по экономике посольства Беларуси в Китае, разрабатывал проект китайско-белорусского индустриального парка под Смолевичами, работал заместителем гендиректора белорусско-китайского предприятия ООО «Бел-Хуавэй Технолоджис».

В 2013 — 2014 гг. помощник президента по экономическим вопросам, в 2014 — 2016 гг. помощник президента — начальник главного экономического управления Администрации президента.

С июля 2016 года — посол Беларуси в КНР.

За помощь в организации интервью автор благодарит Ольгу Гальперович.